Три шкуры Ландауна

1

 

Дочь Ландауна Матрена, пока была маленькой, очень любила гладить разных кошек и собак, а, как известно, от этого руки становятся добрыми и обретают способность исцелять. Нет ни одного целителя, который не любил бы собак и кошек. Ведь если он кошек не любит, как он может любить людей? А если он людей не любит – он не целитель и не врач, а медицинский работник. Он работает по схеме и имеет сертификат, что от схемы никогда не отступает, и поэтому вполне может быть заменен компьютером. И даже рецепты выписывать неразборчивым почерком вполне можно научить принтер.

Матрена Ландаун не была медицинским работником, зато имела добрые руки. И привело это к тому, что сидела она под деревом на опушке, а к ней сбегались всякие пострадавшие и немощные зверушки. То собака на стекло наступит, то гадюка челюсть вывихнет, то у дятла голова заболит. Вслед за зверьми потянулись дети: у кого шишка на лбу, у кого нос поцарапан. Но решающее преображение Матрены в целительницу произошло, когда она похлопала по шее коня проезжавшего мимо молодца, от чего у коня прошел косой глаз, у молодца – чирей на шее, у его тещи – ломота в спине, а у жены – неплодие. И как-то по-другому посмотрели родители на внезапно повзрослевшую дочь и задумались о том, чтобы дать ей медицинское образование и официальное право лечить и брать плату за лечение.

Позвал Ландаун-старший свою любимую младшую дочь и сказал ей:

— Скоро ты поедешь в большой город, и там тебе придется узнать много такого, о чем ты даже не догадывалась в своем родовом поместье.

— О чем ты говоришь, батюшка?

— Я вот тебе подобрал кое-какие книжечки…

Матрена перебрала стопку: Правила дорожного движения, «Преступление и наказание» Достоевского, Словарь ненормативной лексики, Каталог пищевых добавок и т.п.

— Но это ты все сама прочитаешь и разберешься, — продолжил отец. – Мы сейчас с тобой займемся главным…

— Чем же?

— Будем спускать и надевать шкуру.

Вывел Ландаун дочь на рынок и дает купюру сто тысяч рублей. Матрена берет, к себе тянет, а купюра вырывается и на землю падает. Пригляделась девушка, а купюра на ниточке привязана едва видимой, и ниточку отец держит.

— А теперь возьми деньги и пройди по рынку. Только деньги в руках держи.

— Купить что-то?

— Нет, просто пройди.

Идет Матрена по рынку, сто тысяч рублей в руках держит. Вдруг выскакивает из-за спины какой-то оборванец, хватает купюру и скрывается в толпе.

Возвращается Матрена к отцу: ни денег, ни товару. Голову опустила. Ни в какой институт поступать не хочет.

— Не печалься, дочка! – говорит отец, дергает за веревочку, из толпы вылетает купюра сто тысяч рублей и в руки ему прыгает.

— Да я не из-за денег печалюсь, — вздыхает Матрена. – Зачем он у меня деньги выхватил? Может, ему еду купить не на что? Я бы ему и так купила, пусть бы попросил.

— Вот это я тебе и показать хотел, — объясняет Ландаун. – Не все люди на Земле хорошие. Есть люди плохие, которые готовы другому сделать плохо, лишь бы себе было хорошо. Они могут украсть, ударить, даже убить.

Ландаун нарисовал прутиком на земле два круга.

 

Три_шкуры_1

 

— Белый круг — это Матрена. Ты хороший человек, поэтому мы рисуем тебя белым цветом. Черный круг – это вор-оборванец. Он плохой, поэтому его рисуем черным.

— Но если я такая белая и хорошая, всех люблю, всегда готова помочь, сама отдать последнее – то ведь плохим это очень удобно, — задумалась Матрена. – Как же быть? Стать злой и себялюбивой?

— Ни в коем случае! Нужно внутри оставаться доброй и белой, но снаружи иметь защитный черный слой – как орех. Он внутри мягкий и сладкий, а снаружи – плотный и твердый и может защитить свои интересы.

Матрена взяла прутик и нарисовала еще один круг.

 

Три_шкуры_2

 

— Попробуем? – взяла Матрена купюру.

Снова идет Матрена по рынку, купюру перед собой в руке держит. Опять из-за спины вылетает оборванец, хочет схватить купюру, но Матрена ее в сторону убрала и оборванцу подножку поставила и язык показала. Тот упал, вскочил и в толпу юркнул. А в это время высокий джентльмен в смокинге с бабочкой и пенсне стал ее укорять:

— Девочка, как ты себя некрасиво ведешь! Пусть мальчик плохо одет и непричесан, разве можно просто так человеку подножку ставить?

Народ недовольно загудел, собираясь вокруг Матрены.

— Он у меня хотел деньги украсть! – защищалась Матрена в соответствии с новым имиджем.

— Какие деньги?

— Вот эти! – сунула ему в нос Матрена купюру сто тысяч рублей.

— Таких денег у детей быть не может. Откуда они у тебя?

— Папа дал!

Какая тетка с авоськой крикнула:

— Да они тут все воры!

— Неправда! – вступился джентльмен за Матрену. – Вы не имеете права обвинять голословно. Вот мы сейчас пойдем в полицию и со всем разберемся. Правда, девочка?

— Ладно, — не очень довольно буркнула Матрена..

— А купюра пусть пока у меня полежит. – джентльмен мягко, но настойчиво вытащил купюру из пальцев Матрены. — Мало ли что на базаре с такими деньгами произойти может! Граждане разойдитесь! Мы идем в полицию!

Народ раздался в стороны, а вместе с этим движением куда-то исчез и джентльмен с зажатой в руке купюрой.

Опять возвращается Матрена к отцу: ни денег, ни товару. Но голову не опускает, видно, разозлилась на себя и на грабителей. Берет у отца ниточку, дергает, из толпы вылетает купюра сто тысяч рублей.

— В чем твоя ошибка? – спрашивает отец.

— Я думала, что плохие люди – это немытые оборванцы, а они, оказывается, могут быть хорошо одетыми джентльменами.

— Они могут принимать любое обличие, чтобы обмануть тебя. Могут переодеться полицейским, врачом, беременной женщиной. Помнишь, как волк переоделся мамочкой-козой.

— Как же мне распознать волка в овечьей шкуре?

— Опыт – дело наживное, — пообещал отец и снова стал рисовать на земле.

 

Три_шкуры_3

 

— Вор-«джентльмен» внутри такой же плохой, как вор-оборванец, но одет в смокинг, пенсне. Приветливо улыбается и обучен хорошим манерам. Поэтому мы рисуем его внутри черным, но снаружи покрытым белым слоем. Какой вор, по-твоему, опасней?

— Конечно, черный, покрытый белый слоем! – ткнула Матрена прутиком в новый круг.

— И я так думаю, – согласился Ландаун. – Но как бы вор ни маскировался, он всегда проявит себя в том, что ему нужна не ты, а то, что у тебя. Они все служат «золотому тельцу», прибыли, деньгам, материальным благам.

— Но я же была защищена как орех, я имела твердую броню, как же ему удалось обобрать меня? – удивлялась Матрена. – Или оболочка была недостаточно прочная? Мне надо еще быть чуть-чуть злей?

— Нет! Он переиграл тебя как раз на том, что казался снаружи добрым. Ему люди сочувствовали, а тебя осуждали. Поэтому у него было больше вариантов развития событий.

— Так что же мне надо было снять защитную оболочку? – недоумевала девушка.

— Наоборот! – улыбнулся отец. – Твой защитный слой был слишком заметным. Надо поверх него надеть маскировочный – белый и пушистый.

— Здорово! – обрадовалась Матрена. – То есть я буду добрая снаружи и всем буду нравиться. А внутри буду жесткая и защищенная разумным эгоизмом. А внутри останусь такой же любящей весь мир и доброй, но защищенной и никогда не озлоблюсь.

— Вот именно этому я и хотел тебя научить! – сказал Ландаун и нарисовал последний рисунок.

 

Три_шкуры_4

 

И вдруг откуда ни возьмись появилась цыганка и сразу Матрену за рукав хватает:

— Погоди, красавица. Дай ручку, погадаю, будущее расскажу.

«Какая красивая! И голос приятный! Неужели в самом деле будущее знает?» — простодушно восхитилась внутренняя Матрена.

«А что это ей от меня надо? И что за рукав хватать? И какую ручку ей подать – не с купюрой ли по сто тысяч?» — жестко подумала броня.

— А вы будущее настоящее предсказываете или только приятное? – вслух поинтересовалась рубашка.

«Простофиля! Я ее быстро облапошу!» — внутри усмехнулась цыганка, а сама улыбнулась:

— Тебе всю правду расскажу! Но правда у тебя приятная! Ты ведь в институт поступать приехала?

«Знает!» — обрадовалась Матрена.

«А что тут знать-то в августе месяце! Город полон абитуриентов. Их-то и развести легче всего!» — трезво заметила броня.

— Я здесь с научной целью, изучаю методы обмана клиентов и проклятия цыган, — мило улыбнулась рубашка. – Вы не дадите мне небольшое интервью?

«Что?» — внутренняя цыганка впала в ступор.

— Позолоти ручку! – на автомате продолжила цыганка внешняя, а потом без поддержки изнутри молча развернулась и пошла в сторону.

— Прекрасная партия! – поаплодировал отец дочери. – Теперь я уверен, что ты освоишься в большом городе. Не подпишешь согласие на кредит, не будешь гоняться за разрекламированными товарами и не будешь втянута в какую-нибудь секту.

 

Три_шкуры_5

 

Так и получилось. Матрена выучилась, стала врачом. Но даже учиться ей помогал ее защитный слой. Потому, что все знания, которые ей давали в мединституте, она проверяла на прочность своим разумом, при этом сохраняя прекрасные отношения с фанатиками науки, держа на расстоянии аферистов по медицинской части и всеми возможностями помогая больным, немощным и простофилям.



Читайте из этой серии
 










Профсоюз Добрых Сказочников





ЖЗВТ


Рассылка сайта Тартария.Ру

Подписаться на рассылку
"Новости сайта Тартария.Ру"


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: