Женщина в черном

Все эпизоды цикла

Чудотворец

Женщина в черном

 

Муслим подъехал к 17 дому в новом комплексе, где взял подряд по отделке подъездов и квартир. Подряд был удачный – большой объем с крупным генподрядчиком, который сам не хотел заниматься этой - с их точки зрения - «мелочевкой». Рабочих тоже удалось набрать быстро – кризис сделал людей жадными до работы и нетребовательными в выборе работодателей. Задержке с материалами и оплатами не было. Одно не давало Муслиму покоя – отец.

Муслим приехал в Казань несколько лет назад – не на пустое место. Он не собирался здесь ишачить, он приехал, чтобы стать хозяином жизни. Кто-то другой пусть кладет кирпич и затирает штукатурку, стоит за прилавком на рынках или подметает дворы. Он из другой категории, он способен на большее. У себя в Азербайджане он уже проявил себя как бригадир и подрядчик – но это были заказы иного масштаба: особняки, загородные резиденции, квартиры вновь появившейся знати. Да к тому же рынок был чересчур конкурентным, вырывать заказы становилось все труднее.

А брат, который уже обосновался в Казани, все уши прожужжал о том, как здесь вольготно деловому человеку. Весь город – одна большая стройка, генподрядчики смотрят на многие шалости сквозь пальцы, работники из Средней Азии неприхотливы и покладисты. Куй железо, не отходя от кассы!

Муслиму город тоже понравился. За первый сезон он купил квартиру и перевез семью, за второй – машину, чтобы было не стыдно появиться в компании. Понятно, что для получения настоящей прибыли, надо уметь хитрить, договариваться, делиться с нужными людьми. Этому он быстро научился. Третий сезон – квартира дочери, уже подрастает. Четвертый – квартира любовнице, прекрасной Зайтуне. И да, жизнь благоволит сильному – чтобы больше досталось тебе, нужно уметь поприжать слабого. Кому-то не доплатить, кому-то не заплатить вовсе, если чувствуешь, что за лоха вступиться некому. Все бы хорошо, если бы не отец!

Да еще эта занудная Резеда-ханум в зеленой спецовке опять встретила его у подъезда и начала клянчить:

- Муслим! Я же вам неспроста говорю – заплатите, что я заработала!

Правая рука Муслима – Айрат – терпеливо втолковывал взбалмошной бабе в мусульманском платке:

- Резеда-апа! Как вы не можете понять? За этот объем мы заплатили Анвару – потому, что изначально ему обещали.

- Но сделала этот объем я!

Резеда Миннибаева – в этом году ей стукнуло 60 – всю жизнь проработала на стройке. Строила Москву, получила там квартиру, родила дочерей. Потом бросила этот зловонный мегаполис, где едва не спилась, и переехала с детьми в родную деревню под Казанью. Там собственными руками сложила себе каменный дом и принялась проповедовать волю Аллаха. Муслим и Айрат в подробности не вникали, но что-то про возрождение деревень и сохранность деревьев. Впрочем, на заработки она приезжала в город. В этом году подрядилась и - в духоту и жару - отделала подъезд и четыре квартиры, в одной из которых и ночевала. Деньги ей сразу решили не отдавать – в семье ни одного мужика, приезжая. Но пока работала – улыбались и кормили обещаниями.

- Зачем вы меня нанимали, если деньги Анвару обещали?

- Резеда-апа, сделайте еще две квартиры в соседнем подъезде – мы вам заплатим.

- Ты меня за ненормальную принимаешь? 

- Ну не знаю, это единственный вариант, что я вам могу предложить!

- Айрат! Я же не простая женщина, и сюда пришла по просьбе Аллаха, в командировку, Он мне во сне показал это место. Он меня к вам послал. И Он меня без защиты не оставит.

Айрат улыбнулся счастливой улыбкой:

- Резеда-апа! С Аллахом мы сами разберемся.

- Ах, Айрат! Придет к тебе женщина в черном!

- Смерть, что ли?

- Да я к тебе приду! Во сне! Втолковать тебе, что хорошо, а что плохо. Если ты в детстве Маяковского не читал!

- Вот напугала! Ты мне приснишься! Ха!

Муслиму надоело слушать это препирательство, и он пошел в подъезд, где бригада Анвара заканчивала отделку 9-го этажа. Подниматься было высоко, а он все время думал об отце. Отец был болен онкологией. В Азербайджане ему помочь не могли, а здесь Муслим уже оброс нужными связями и устроил старика в республиканский онкодиспансер. Казань была своего рода медицинской Меккой для мусульман, здесь охотно брали иногородних, выставляя немалые цены за услуги. Деньги для Муслима были не главное – со своих работяг он их тянул нещадно. Проблема была в том, что даже профессора и доктора наук отводили глаза и ничего не обещали.

Однажды Резеда-ханум сказала ему: «Я помолюсь за отца! Аллах милостив! Ты только деньги мои верни! Я за Бабкину помолилась – её врачи с того света вернули!» Но Муслим предпочел отдать деньги докторам. Хотя был свидетелем, как на соседнем объекте – гимназии – отделочник упал с высоты, и Резеда вроде как помогла. Этот идиот поставил лестницу на козлы, чтобы приладить последнюю плитку на фасад – и рухнул, сломав 11 ребер и позвоночник в двух местах. А Резеду словно магнитом притягивает к таким происшествиям. Стояла в углу, руки сложила в молитве, что-то там приговаривала: «Аллах, дай ему доехать живым до больницы, до врачей! Я прошу! Ты же знаешь, я тебя ни разу не ослушалась! Рано парню умирать! Разве он виноват, что начали строить гимназию без молитвы? Как дети пойдут в первый класс, зная, что на этих ступеньках погиб человек? Я прошу, Аллах, пусть врачи его спасут!». И похоже спасли тогда парня. Резеда помогла или случай? Муслим ей почти верил, но её денег все равно уже не было, так что и говорить было не о чем.

Когда Муслим добрался до 9 этажа, к обычному рабочему шуму и гомону бригады добавился грохот и мат в корявом исполнении таджиков.

- Вытаскивай, на х…!

- Да уберите, б…, эти кóзлы!

Муслим вбежал в квартиру. Анвар, бригадир, корчился на полу, нога его ниже колена скривилась так, что даже не специалисту было ясно – перелом. На голове тоже изрядная ссадина заливала глаз кровью.

- Да чтоб вас всех! – рявкнул Муслим. – Аптечка есть? – спросил он, хотя знал, что аптечки нет и никогда не было на его объектах.

- Нет! Откуда? – отозвались рабочие.

- Так! К ране не прикасаться грязными руками! Ногу не трогать! – он выбрал двух ребят по крепче. - Взяли ремни, вдвоем спустили Анвара по лестнице! Я вызываю «скорую»!

Когда «скорая» увезла бледного, с перевязанной головой, Анвара, Муслим крикнул помощнику:

- Айрат! Побудешь с бригадой! Одних же их не оставишь.

- Хорошо! – откликнулся тот.

- А ты что в каске? Ни разу тебя в ней не видел.

- Да, Резеда-апа сказала – «Каску надень!». Что-то я решил – береженого Бог бережет!

- Эта старая ведьма все же накаркала! Что там она рассказывала про Божью программу? – спросил Муслим.

- Да я плохо понял! – откликнулся Айрат. – Что-то о том, что Аллах города не любит, а хочет всех людей переселить в деревни. А её родная деревня – это вообще филиал Мекки. Там жила какая-то святая, ну не считая самой Резеды! – подмигнул он Муслиму. – И там надо сделать центр по возрождению всех деревень в стране. И фильм снять, и в газетах писать. И еще у нее самой какая-то дочка приемная будет. Найденыш!

- План как план! Я даже не против, если так будет, - пожал плечами Муслим.

- Но вещает она эту свою идею давно, а что-то никто не откликается, - продолжал Айрат. – Ни президент, ни главы администраций. И газеты печатать не хотят её ахинею. Так вот, она говорит, что все редакторы, кто отказался ей помочь – умерли смертью безвременной!

- А кто конкретно?

- Да не суть! Она же послала всем и не по одному разу, - ухмыльнулся Айрат. – Так что с кем что ни случись – от ковида помер или кирпич на голову упал – это все Бог наказал, что ей отказали. Она даже в ФСБ писала о предотвращении какой-то аварии с автобусом с детьми, но для этого надо всем покаяться и жить по совести. Не говорит же – где и когда авария, а покаяться надо!

- Понятно! – резюмировал Муслим. – Ладно, я пойду. Постарайтесь обойтись без происшествий!

- Сделаем!

Но обойтись без происшествий не удалось.

Резеда-ханум подошла к остановке автобуса. Автобусы ходили редко, микрорайон еще только строился. Но на обочине, словно поджидая её, тут же остановилась «Лада гранта». Водитель, мужчина средних лет, вышел, что- то бросила в багажник. Резеда отметила, что вид у него усталый и осунувшийся.

- Подвезете до Новой Мечани!

- Да, мне по пути! – кивнул водитель.

Разместившись на переднем сиденье, Резеда смотрела, как убегает назад асфальтовая лента, как приближаются и растут деревья.

И вдруг спросила мужчину:

- С женой проблемы?

- С женой… и с выпивкой! – неожиданно для себя признался водитель. – Сколько раз обещал завязать, не могу удержаться. Друзья позовут – и как магнитом тянет.

- Я тоже пила! – сказала женщина. - Страшно пила. И бросила в одну секунду!

- Как это? - заинтересовался водитель.

- Я по молодости уехала в Москву. Работала строителем, я единственная женщина-каменщик. Порой с 6 утра до 10 вечера вкалывала – после работы, чтобы расслабиться, позволяла себе спиртное. И не заметила, как спилась. Лечилась, снова срывалась, муж оставил. А знаешь, что изменило мою жизнь?

- Что? – напрягся в ожидании водитель.

- Когда ушла последняя надежда, не осталось никакого просвета, случилось чудо, которое полностью изменило мою жизнь. Был месяц рамазан, мулла читал по телевизору проповедь, и я, не находя больше ни в чем опоры, взмолилась: «Господи, помоги мне! Я буду тебе верной дочерью!» С тех пор я не пью, и, что удивительно, нисколько не хочется.

Мужчина вздохнул:

- А я неверующий, мне не поможет!

- И я была неверующей! А сейчас Бог мне говорит, что и как делать. Проснусь утром, еще глаз не открывая, вижу, что со мной произойдет сегодня. Куда идти надо, где меня ждут. Так легко жить!

- Если я так буду жить – меня друзья засмеют.

- Не друзья они тебе! Друзья – это те, кто к добру склоняет!

Водитель довез Резеду-ханум до самого дома. Когда она предложила деньги за проезд, мотнул головой:

- Не надо! – и добавил. – Спасибо за науку!

Вечером Муслиму позвонил один из таджиков. Позвонил с телефона Айрата.

- Муслим, э!

- Это кто?

- Рабочий со стройки!

- Айрат где?

- Айрат в больнице!

- Что случилось?

- Трос лопнул! Трос!

- Какой, блин, трос?!

- Трос лебедки, которой материалы поднимаем. Ах, как хорошо, что Айрат в каске был! Прямо по каске тросом ударило! Не было бы каски – голову бы до мозга пробило.

- В какой он больнице?

- Извини, Муслим, не знаю.

- Ладно, сам найду!

Айрата он нашел за час. Его увезли в «семерку» - круглосуточную больницу неотложной помощи. Врачи сказали, что он получил сотрясение мозга и смещение шейных позвонков. Хорошо, что был в каске! «Теперь еще и больничный ему платить! – подумал Муслим - Ему и Анвару! Они же официально устроены в компании! Как эта ведьма узнала, что его по голове стукнет? Теперь, небось, торжествует! Фиг она что у меня получит!».

Пробившись сквозь вечерние пробки, он из дома позвонил отцу:

- Извини, дэдэ[1]! Сегодня на работе проблемы, не смог к тебе заехать!

- Да ничего, огул[2]! – устало сказал отец. – Мне сейчас уже трудно принимать гостей. Немного мне осталось! Я хочу домой, в Баку. К семье, к жене.

[1] dədə (азерб.) – отец.

[2] Oğul (азерб.) – сынок.

- Неужели врачи ничего не могут сделать?!

- Не могут! С каждым днем хуже!

После разговора с отцом, Муслим, напряженный, сидел на диване.

Жена, слышавшая разговор, предложила:

- Может, целительнице отца показать? Есть у нас неподалеку, в Залесном, Роза-апа. И берет, в общем, недорого!

Муслим вспомнил слова Резеды: «Я помолюсь за отца! Бабкину отмолила и его отмолю! Меня Аллах слушает! Деньги мои верни!». Муслим нервно мотнул головой: «Обойдется, старая карга!». - И тут же в душе услышал ответ: «Я-то обойдусь! А твой отец?».

- Не надо целительницы! Повезу отца в Баку!

Он уехал. Во время его отсутствия Резеда-ханум с тем же вопросом обратилась к директору генподрядчика, когда он заехал на объект. В это раз она была не в спецовке, а в цивильном черном платье с белым платком в черном узоре.

- Ильнур, я же из того района, где президент наш работал, где брат его главой администрации…

- И что?

- Я же с ним встречусь когда-то, расскажу про ваши делишки. Про то, что зарплату рабочим не платите.

- Я плевал на вашего президента. Я, вообще, из Чувашии.

- Ильнур, а прокуратуры ты не боишься?

- Резеда-апа, ты у меня вообще не работаешь! Тебя ни в одном списке нет! Ты здесь никто!

- Я знаю, Ильнуо, кого ты испугаешься!

- Кого? Бога? Ты же его посланница! – директор не удержался от улыбки, Резеда-апа была уже притчей во языцех.

- Шайтана!

- У тебя и с шайтаном связи?

- Просто, от кого Аллах отвернется – с тем сатана делает все, что захочет!

- Ха-ха! – опять не удержался Ильнур.

Резеда-ханум стала загибать пальцы и смотреть в упор на директора, проверяя доходит ли до него:

- Анвар мои деньги получил - ногу сломал! Раз!

Директор  посерьезнел.

- Айрат мне деньги не заплатил, обещал с Аллахом сам разобраться – в больнице с сотрясением мозга! Два!

Директор стал угрюм.

- Это, кстати, я посоветовала ему каску надеть раз в году – Аллах не хотел его смерти.

- И что ты хочешь сказать?

- Муслим не захотел, чтобы я отца отмолила, деньги не заплатил, которые я заработала - отец Муслима умер в Баку. Три!

- Так это все ты делаешь, что ли?! – воскликнул Ильнур.

- Да это все вы делаете! Когда обращаетесь с посланницей Аллаха как с говном! Когда слово данное нарушаете! Когда святотатствуете, грешите! – сурово припечатала его женщина в черном.

- То есть ты, получается, просто киллер какой-то, - заскрипел мозгами Ильнур (все-таки директор поумнее прорабов). - Приходишь, подставляешь нас под гнев Аллаха. Знаешь, что хороших людей смертельной опасности подвергаешь – и все равно приходишь!

- Я не сама прихожу! Меня Аллах посылает! К тем, кого уже видеть не может!

- Да чего ты от меня-то хочешь?

- Деньги мои заработанные выплати! Ты не понимаешь? Ты же следующий! Ладно если сам, а если по детям ударит, по родителям! Соображать надо!

- Резеда-апа, ты иногда такая умная, а иногда будто русского языка не понимаешь! Я же тебе говорю – на эти деньги уже кто-нибудь в Турцию съездил или в Египет. Этих денег нет! Я же не могу тебе свои деньги отдать! Это будет развращение работников! Тогда любой, с кем не рассчитался прораб, может прийти ко мне и потребовать заплатить!

- Но это же ваш прораб! Ваш объект! Вы за него отвечаете!

- Я за объект отвечаю перед генподрядчиком! Я что там у вас творится с прорабами – это ваше дело!

- Ты заплатишь?

- Я не могу! У меня на это сметы нет!

Резеда посмотрела на него таким взглядом, в котором читалось знаменитое лавровское «Дебил, б…!

 

Женщина ушла. А к стройке подъехал «мерседес» Муслима. Он вышел, заметил директора генподрядчика и быстро направился к нему.

- Понимаешь, Ильнур! Только я отца отвез, сошел с самолета – а мне уже звонят: «Умер!».

- Поедешь на похороны? Я не возражаю!

- Да куда там поехать! Я же здесь деньги теряю! Все помощники по больницам!

Ильнур впервые видел азербайджанца, который отказался ехать на похороны отца. Впрочем, это его дело!

В этот день женщина в черном пришла во сне к девочке Зульфие.

- Почему ты в черном? – спросила девочка. – Мне тебя надо бояться?

- Нет! – улыбнулась Резеда-ханум. – Черный – это просто один из цветов Аллаха. Он строгий, но не злой.

- Куда мы пойдем?

- Мы пойдем ко мне в деревню. Я покажу тебе мир будущего!

- Это здорово!

Во сне перемещаться легко. И вот уже перед ними развернулась панорама татарской поволжской степи, которую прорезали овраги, а им наперерез бросались лесополосы. В степи протекала речка, где иногда Резеда любила половить рыбу, а к речке жалась деревенька – ухоженная и красивая.

- Здесь будет филиал Мекки! – торжественно провозгласила женщина в черном, обводя рукой простор. – Вот чудесный святой источник! Сюда будет паломничество со всей страны! Сюда им к могиле святой абыстай! Я потом расскажу тебе о ней. Она врач и спасала людей на войне, а в мирной жизни она помогла родиться всем жителям этой деревни. Она и меня принимала как акушер.

Зульфия слушала, впитывая все глазами и ушами.

- Вот сюда приедут люди из мегаполисов, когда поймут, что там жить нельзя! Больше всего приедет из Москвы! Они богатые! На эти деньги мы возродим хозяйство, построим дома, новую школу, детский сад. И новую мечеть взамен той, грешной!

- Чем же она грешна?

- Тебе это рано знать! Лучше любуйся на будущее!

Маленькая Зульфия увидела, что слова Резеды и то, что она рисовала взмахом руки, начало обретать плоть, становиться видимым. Вот уже заблестели крыши домов, заурчали трактора, забегали по улицам ребятишки, паслись козы. И вместе с этим девочка увидела красивое здание с надписью «Центр по лечению алкоголизма». Она еще не знала, что такое алкоголизм, но согласилась, что его надо лечить! А вот новый красивый клуб с колоннами как древний храм. Это и есть храм! Храм знаний и искусств! Ибо ислам поощряет науки и учение!

А с поляны какие-то люди запускали воздушный шар!

- Ой! А я смогу покататься на воздушном шаре?

- Когда вырастешь! И когда мы с тобой это все сотворим с помощью Аллаха всемилостивого, всемогущего!

- Мы с тобой?

- Да! Я должна была сделать это сама! Но не успела! Я опоздала, девочка моя! Я не успеваю! Но я знаю, ты завершишь то, что я начала!

- Я не знаю, как это сделать! – воскликнула Зульфия.

- Все просто! Слушай Бога, Он скажет! Я даже одежду себе не выбираю, не ищу по магазинам. Он мне говорит, куда идти – я иду и сразу нахожу. Он говорит, с кем надо встретиться – я иду и встречаю нужного человека. С Богом все просто!

- Почему же ты не успела завершить свое дело? – спросила девочка.

- Я расчищала для тебя место! Ты лучше меня! Тебе будет легче! У тебя все получится! – сказала женщина в черном.

 

Все эпизоды цикла

Чудотворец

Женщина в черном

 

Прим.:

1.       Рассказ основан на реальных событиях.

2.       Заработанных денег Резеда Минибаева до сих пор не получила.

 


 










Профсоюз Добрых Сказочников





ЖЗВТ


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: