Философско-художественный роман с элементами мистики и физики.

Глава 27 . Струны и браны.

На другой день они не собирались вместе. Видимо, Михеич решил дать всем обдумать все обсуждаемое ими. Но Николай буквально без завтрака побежал с утра к Михеичу, так распирали его новые идеи. Юра, который готовил что-то на кухне, успел крикнуть ему:

- Ты куда, чудик! Сейчас омлет будет готов!

- Не до  того, Юрок! Прости, но есть пока не хочу, а хочу с Михеичем потолковать! Идеи, понимаешь прут! Давно у меня такого вдохновения не было!

- Вижу, у тебя глаза горят. А как у тебя с Глашей?

- Все хорошо, Юрик! Все хо-ро-шо! Трудно пока заглядывать далеко в будущее, но полагаю, все у нас может наладиться, и никакая Милана нам уже не помешает. Все, побежал!

В библиотеке Михеич уже ждал Николая, как будто понимая, что тот насыщен потоком идей. Они беседовали несколько часов к ряду.

- Что ж, замечательно! – сказал Михеич в конце разговора. – Теперь нужно все это постараться изложить достаточно популярно, чтобы все остальные наши тоже поняли. Мы ведь работаем не только для себя.

Николай согласно закивал:

- Я попробую, популярно, хотя задача не из легких, я ведь сам, что называется, только что понял!

- К завтрашнему дню успеешь?

- Думаю, да.

- Тогда передай Юре и Глаше, что завтра снова будет сбор. А отцу Пахомию я сам передам.

- Ладно.

Они собрались в кабинете Михеича, заняв уже привычные места. Михеич, на правах председательствующего, объявил:

- Сегодня будет важный, но трудный для понимания доклад на нашем «семинаре». Тем более, что у автора все «с пылу, с жару». Есть еще всякие шероховатости. Однако прослушать доклад полезно, даже если не все будет понятно сразу.

После вступительных слов, Михеич оглядел аудиторию, убедился, что все прониклись пониманием и настроены на серьезную работу.

- Прошу, Николай!

- Я сразу извиняюсь, что буду говорить, не прибегая к достаточным основаниям. Здесь вы бы все равно в этих основаниях многое не поняли, но постараюсь максимально упростить, сделать все образы доходчивыми, а тезисы ясными и простыми.

Сначала о современной тенденции в физике буквально в двух словах. Развитие квантовой теории показало, что если считать элементарные частицы исчезающе малыми «шариками», или материальными точками, где есть все свойства кроме размера, то описание взаимодействий на очень маленьких масштабах сталкивается с непреодолимыми математическими трудностями. Теория начинает давать все более неопределенный результат, возникают так называемые «расходимости». Проще говоря, чем глубже мы пытаемся «залесть» в материю, тем меньше конкретных значений и больше всяких бесконечностей.

Коля обвел слушателей взглядом и смутился произведенному впечатлению. Видно было, что им пока ничего не говорят приведенные слова про «расходимости» и «бесконечности». «Ну, что ж – подумал он, - все равно нужно продолжать, предприятие может быть не совсем уж безнадежным!»

-  Неким образом (уточнять здесь ни к чему), исследователи дошли до революционной мысли, что если описывать на самом микро-микро уровне частицы не как «шарики», а как некие «струны». Т.е. бесконечно тонкие, но протяженные объекты, то математические описания их взаимодействий уже становятся вполне нормальными, уходят бесконечности, теория вновь обретает определенность. В этой теории есть, кроме струн, еще одни фундаментальные объекты – «браны», ну это как бы «плоскости» или слои в пространстве, которые имеют разные размерности. Такие как бы «блины» двух, трех, четырех и более измерений. – глядя на напряженное выражение лица Глафиры, Николай добавил:

- Я рекомендую, не пытайтесь слишком конкретно представлять себе эти объекты, это будет только мешать дальнейшему пониманию. Просто на уровне примитивного образа остановитесь. Хорошо?

- Ну, блин я себе, конечно, могу представить, но у меня это никак не вяжется с элементарными частицами!

- Ну, что ж… я все же продолжу. Наш трехмерный мир можно представить как такой трехмерный «блин» или трехмерную гиперсферу…

- А, я, кажется вспомнила! Когда-то давно, в автобусе, ты объяснял Юре и мне что-то про эту трехмерную гиперсферу, еще шарик надувал!

- Надувал, но никакого желания надуть вас у меня нет! – пошутил Николай.

- Первый мой тезис для нашей с вами концепции, заключается в следующем: эти элементарные струны – струйки Духа Божьего. Тут еще нужны пояснения. Когда в сжимающееся однородной среде, например, в воздухе, создают струю, то поперечное давление в ней будет падать, причем, чем больше скорость движения струи, тем меньше поперечное давление. Это закон Бернулли. Таким образом, эту струю окружающее вещество будет сжимать до тех пор, пока давления снаружи и внутри не уравновесятся. Т.е. «дожмет», до минимально возможного поперечного размера. Поэтому эти «струны» очень и очень тонки. Есть такой размер, называемый «планковской»  длиной… десять в минус 33 степени сантиметра. Юра, ты же в курсе?

- Что-то припоминается, но давно уж я в вашу физику не влезал!

- Ладно, снова примите на слово. Нам нужно идти дальше. Когда струна пересекается с бранной, то могут происходить интересные вещи: струна делает петлю. Петли эти могут колебаться, и вот их колебания и выглядят для нас, по мнению многих современных физиков, как разные элементарные частицы. А вот теперь важные детали. Степан Михеич, мне нужны будут нитка и круглый карандаш. Вчера мы договаривались.

- Да, у меня все под рукой!

- Тогда помогите мне! Глаша, подержи нитку натянутой. – Николай дал в руки Глаше обычную нить.

- Руки сделай пошире - Она растянула ее почти на всю ширину рук.

- Теперь смотрите! – все подошли поближе к Глаше. Коля взял карандаш и ловким движением сделал так, что  ниточка петлей обвила карандаш.

- Вот, карандаш – это элемент браны, а брана, согласно теории расширяющейся вселенной «едет» вперед. Наша вселенная в виде, например, трехмерной гиперсферы расширяется в четырехмерном пространстве, все ее части участвуют в движении вдоль нашей струны, и вдоль радиуса в четвертом измерении. То есть струны натянуты вдоль радиуса из центра сферы наружу или наоборот. Мы их не можем видеть в нашем мире, как струны, а только как точки в местах, где струны пересекают нашу гиперсферу.

Николай стал двигать карандаш вдоль натянутой нити. Ниточка, его обхватывающая стала вращаться вокруг него. Вот смотрите, относительно карандаша нить движется с постоянной скоростью, равной скорости движения карандаша вдоль нити. Но одни ее элементы движутся в ту же сторону, что и сам карандаш (для нас верхние), а другие – в противоположную (для нас нижние). А когда-то Калуца показал, что движение в четвертом направлении порождает электрический заряд, и он пропорционален скорости.

- Вот, сейчас я вспомнил! – воскликнул Юра. – И про то, что заряды исчезнут, если движение прекратится ! И еще, что одинаковая для всех элементов нашего мира скорость в четвертом измерении (вдоль радиуса гиперсферы) порождает одинаковый элементарный заряд у всех частиц!

- И я вспомнила! Мы обсуждали это. Правда, ни тогда, ни сейчас я еще не очень понимаю все это…

- Ничего, понимание придет со временем! – успокоил Глашу Михеич.

- Теперь смотрите: движение в одну сторону с карандашом соответствует положительному знаку заряда, а движение в противоположную – отрицательному.

- Интересно девки пляшут – не выдержал отец Пахомий – мы тут из ниточек и карандашей целую вселенную строим!

Все засмеялись.

- Есть еще одно важное следствие, сказал Николай – это «спин» частиц.

- Спин? Это что за зверь такой? – удивился отец Пахомий.

- Эх, долго объяснять, но у большинства элементарных частиц есть «спин» от английского слова «вращаться». Спиннинг у Вас есть, отец Пахомий?

- Есть. Люблю рыбалку.

- Ну, вот, у элементарных частиц, как бы есть «вращение». Но если представлять их теми самыми «шариками» с исчезающе малыми размерами, то всякое представление о вращении бесполезно, когда радиус частицы стремится к нолю. Но спин-то есть, он не стремится к нолю, хотя и очень мал! Вот и стали говорить, что это нечто не имеющее аналогов в классической физике, но каким-то чудом образом связанное с условным «вращением». А у нас спин, получается, просто в нашей модели: у нас есть вектор на оси вращения, т.е. направлен вдоль «карандаша» и лежит в плоскости браны, так как струна вращается вокруг «карандаша». 

- А откуда берутся эти «блины», ой, извиняюсь, «браны», которые струна пересекает? – Глаша провела ладошкой поперек нити, параллельно карандашу.

- Вопрос хороший, но очень непростой. Если вы готовы к длинному объяснению?!

Все не сговариваясь кивнули головами.

- Начнем с того, что Бог творит все Словом. Трезво мыслящему человеку кажется, что все это «трепотня», потому что его повседневный опыт говорит о том, что звуки следов не оставляют, а «растворяются» в пространстве. Ну, может быть, иногда возвращаются эхом, и то очень ненадолго.

- Кто украл хомуты?! Ты…ты…ты… – сквозь сложенные трубочкой ладони проговорил Юра.

- Ну, да, все, наверное, знают эту шутку? Но, однако, все гораздо серьезнее. Звуки не оставляют следов в привычных нам состояниях среды: жидком, твердом, газообразном… Есть все же такие состояния сред, в которых можно творить формы и тела звуком. Это так называемые неустойчивые состояния: например, переохлажденная жидкость или газ. – глядя на собеседников, на их вопросительные выражения лиц, Николай начал терпеливо пояснять.

- При какой температуре застывает вода?

- Это все знают! - поторопилась с ответом Глаша, - при нуле градусов!

- Да и это при нормальном атмосферном давлении. Однако можно, взяв очень чистую, дистиллированную воду и очень хорошо очищенный сосуд, аккуратно понизить температуру воды существенно ниже нуля, но она при этом еще будет оставаться жидкой!

- Постой, это, мне кажется, противоречит всему, чему нас в школе учили – произнес с недоумением Юра.

- Нет, это просто выходит за рамки школьной программы. Дело в том, что при переходе из жидкого состояния в лед, вода меняет свои свойства, параметры. Например, плотность должна уменьшиться. Начаться это процесс может в разных местах жидкости, где есть уже какие-то примеси, какие-то неоднородности. Если же вода очень чистая, т.е. очень однородная, то появляющиеся неоднородности будут встречать нечто вроде калибровочного поля (вспомни, Глаша), которое будет подавлять такие неоднородности – «рассасывать» их, и вода будет оставаться жидкой. Но если искусственно извне все же создать такие неоднородности, то с них начнется лавинообразный процесс отвердевания воды, т.к. ее температура уже ниже температуры замерзания. Стоить, например, бросить в воду кусочек льда или еще чего-нибудь, хлопнуть в ладоши, крикнуть что-нибудь, как мы увидим в воде резкое и быстрое образование льда. Во многих случаях, то, как именно образуется лед, каким он будет, какие в нем возникнут кристаллики, будет зависеть от произнесенного слова.

- Ой, я вспомнила! Читала я книжку, автор японец, там про снежинки из воды, возникавшие при воздействии разных слов.

- И я читал – подхватил Юра, даже автора помню Эмото Масару. А книга «Послания воды».

- Были и наши отечественные исследования – подтвердил Степан Михеич.

- Да, и Петр Гаряев, микробиолог проводил подобные эксперименты – включился в разговор отец Пахомий.

- Ладно, вижу, что вы все люди сведущие. Тем лучше! Продолжим. Возьмем нашу трехмерную вселенную. Когда, еще в прошлом веке, была построена крупномасштабная структура вселенной, по известным наблюдательным данным, то получившаяся картинка очень озадачила ученых. Ведь если считать, что на образование этой структуры влияла только гравитация, то такая стройная картина не могла бы получиться, а должны были получиться везде и всюду такие более-менее округлые сгустки материи, типа шаровых звездных скоплений. Но картина была совсем иная : она напоминала трехмерную сеть с пустыми ячейками – войдами, «плоскостями» - стенами и «нитями». А такая картина могла сформироваться, например, под действием звуковых волн, которые «замерзли» благодаря гравитации. 

- Это как так, «замерзли»?!

- Дело в том, что вселенная расширяется и при этом еще остывает.

- Знаем – произнес Юра.

- Пока она была очень горячей, гравитация не могла сформировать какие-либо устойчивые структуры, так как их разбивало слишком мощное тепловое беспорядочное движение. «Слипшиеся» под действием гравитационного притяжения сгустки почти тут же подвергались мощной бомбардировке окружающих частиц, имеющих огромные энергии движения. И тут же разваливались. Но как только тепловое движение ослабло, в результате остывания вселенной, то гравитация смогла удерживать «слипшиеся» структуры. А где они, прежде всего, слипались?

- Где?

- Там, где уже было гуще. Ведь там расстояния между частицами меньше, гравитация сильнее. Знаете закон всемирного тяготения?

- Ну, сам закон я точно не помню, но ясно, что чем ближе тела, тем сильнее они притягиваются – уточнил Юра.

- А там где материи было негусто, где гравитация слабее, ее становилось еще меньше, так как ее утягивали на себя сгустки. Но чтобы образовалась такая «правильная картина» - космическая сеть, нужно чтобы кто-то заложил ее основы в виде распределения первоначальных сгустков, ибо гравитация их только усиливает, стягивает, уплотняет, но сама не может так «правильно» распределить. Оказалось, что такое распределение могли создать звуковые волны, носившиеся во вселенной, когда она еще была горячей. Они сталкивались друг с другом, накладывались и создавали именно такую «сеть» уплотнений и разряжений. А потом они «отвердели», в результате расширения и охлаждения вселенной, как наши снежинки из воды. Ведь что такое звуковая волна – это ничто иное как распространяющиеся периодические сгустки и разряжения в пространстве, в определенной среде. Они, накладываясь друг на друга, и создают такую типичную «сетку», которую мы наблюдаем во вселенной. Т.е крупномасштабная структура вселенной была создана звуком, можно сказать, словом – ведь слово – это набор звуков. Кто произвел эти звуки или они имеют естественное происхождение, туту еще можно поспорить? Но если их произнес Кто-то, то этот Кто-то должен быть вселенского масштаба!

- Вот за такой пример я готов Вас, Николай, очень и очень благодарить, а то иногда так трудно разговаривать с учеными скептиками. Читаешь им: «Вначале было Слово и Слово было у Бога и Слово было Бог. 2 Оно было в начале у Бога. 3 Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть». А они говорят, что есть «слово» - сотрясание воздуха! Ветер подул, и нет его! Или в символе веры, есть «Им же вся быша…» - это тоже подтверждается в изложенных научных соображениях!

- Ваша благодарность очень ценна для меня. Но я хотел бы продолжить, выдвину предположение, как именно создаются «браны». Я в свое время целую статью написал, еще будучи в Америке, потом переслал Степану Михеичу. Суть идеи статьи в том, что звуки, которые мы произносим, создают разные структуры в пространстве. Например, звуки: «р», «ж», «з», «с», «ф» - длительные и создают нечто подобное так называемым линейным волнам, близки к обычным – гармоническим. При их произнесении возникают такие последовательности из многих волн – «цуги», как говорят в науке. Видели волны от падения камня на поверхности воды? Вот произнесите звуки: «р», «ж», «з»  - чувствуете вибрации разной частоты?

- Да, - сказала Глаша. – Как интересно!

- Еще интересней такой момент, который и навел меня на мысль исследования этой темы и написания статьи. Возьмем названия цветов: «красный», «оранжевый», желтый, зеленый, синий, фиолетовый – произнесите их, прислушиваясь к частоте вибраций основного звука. «Р», «ж», «з», «с», «ф»... . Убедитесь, что частота звуковых вибраций растет! Но ведь известно, что и частота электромагнитных колебаний у этих цветов тоже растет от красного к фиолетовому! Совпадение?! Слишком тонкое, чтобы быть просто совпадением. Здесь уже при образовании названий цветов кто-то направлял мысль людей так, чтобы эта аналогия с ростом частоты была заложена! Вот так, на мой взгляд! Тут невольно удивишься и увидишь, что язык наш был создаваем и в развитии своем направляем  кем-то мудрым и высшим.

Присутствующие внимательно слушали, а Глаша увлеклась произношением названий цветов.

- Здорово. Тон основного звука в названиях и правда растет. И что, это совпадает с физическими характеристиками цветов!?

- Да, Глашенька, мы отличаем цвета потому, что частота колебаний в свете у каждого цвета своя! Ведь свет это разновидность электромагнитных волн.

- Это-то я помню со школы, а вот про разницу в частоте вибраций – забыла!

- Но есть в нашем языке буквы, которые создают как бы ударные волны.

- Что за ударные?

- Это такие уединенные, как бы одиночные  волны, в которых нет никаких вибраций, а просто они некой «стеной» отделяют одно состояние среды от другого. Ну, вот например, при взрыве образуется такая волна, как распространяющаяся со сверхзвуковой скоростью сфера. Внутри этой сферы одно давление, одна температура, одна плотность воздуха, а снаружи – другая. Так вот при произнесении звуков: «б», «д», «г» и их глухих аналогов  создается нечто вроде уединенных ударных волн. Представим, что Бог говорит: «Да бу – дет!» Это же целая конструкция из волн и струй. Здесь сначала идет «брана» через слог «Да», потом струя духа, через слог «бу», затем петля и «отрезание» этого духа от Отцовского через слог «дет». Вот мы со Степаном Михеичем обсуждали это с богословской точки зрения. В книге «Бытие» написано, что Бог сначала сотворил мужчину и женщину по образу и подобию своему, т.е. как струи духа – духовные монады. Это говорится в первой главе. Затем во второй  главе зачем-то текст  про процесс  творения повторяется, но там говорится, что создал человека из праха земного и вдохнул в него душу живую.

- Здесь не нужно воспринимать это как простое повторение текста о творении. Это нужно понимать, как разные этапы творения, – вмешался в разговор Степан Михеич – сначала Бог создает человека как дух по образу своему, ведь Бог есть Дух, не так ли отец Пахомий? Затем этому духу даются тела из «праха земного», то есть этот дух вдувают - «вселяют» в тела из материи. А уж после «изгнания из рая» людей одели еще и в «одежды кожаные» - совсем грубые физические тела.

- А про Еву из ребра что скажете? – Глафира снова оживилась.

- Тут много всяких нюансов, сначала Ева здесь не просто женщина…, а существо стихиальное…, а только потом под ней подразумевается женщина…  не будем торопить события, давайте сначала разберемся в одном до конца – ушел от ответа Михеич.

- Хорошо, - согласилась Глаша.

- На чем мы остановились? – спросил Николай.

- На сотворении… - подсказала Глаша.

- «Да будет»… каждый акт творения начинается с этой конструкции не случайно. Здесь все выстроено в цепочке структур. Жаль, что здесь у меня нет возможности разложить это по полочкам. Степан Михеич читал мою статью про структуры, которые создаются при произнесении разных звуков, там все рассматривается подробнее – Степан Михеич закивал головой. Есть еще одно важное обстоятельство, которое я вынужден на и так перегруженные новой информацией головы, все же вылить. Вот мы говорили про вибрации. Так вот «браны» - эти слои, эти «блины», образованные через звуки «да» еще имеют разные так называемые «базовые частоты нулевых осцилляций» - Николай записал это словосочетание на доске и поставил рядом греческую букву «ню» ν . Не пугайтесь этого названия. Я постараюсь пояснить как можно проще. Помните, мы рассуждали про вакуум в физике? Там мы говорили, что в нем постоянно рождаются и аннигилируют пары частица-античастица.

Все закивали головой.

- Так вот, обычно считается, что никакого порядка в этих рождениях и аннигиляциях нет, все чисто хаотически. Но последние исследования с так называемыми гидродинамическими аналогиями заставляют задуматься, а так ли это?

- Гидродинамические аналогии, что-то я про это слышал – Юра нахмурил лоб. У нас философы так возбудились, когда узнали об этом. Я по старой памяти общаюсь с кругом философов в Казани, но так не в научном плане, а по дружбе еще с тех университетских времен. Так вот они рассказали мне о том, что есть какие-то аналогии в воде, где вся запутанная квантовая механика становится ясной.

- Ты все правильно говоришь, Юра! – Николай снова продолжил. – Французские исследователи обнаружили странную вещь: когда капелька воды падает на поверхность гладкой воды, то она сначала отскакивает, иногда даже несколько раз, но потом все же тонет в общей массе воды. Наверно вы наблюдали такое? Но, оказывается, если воду поместить в ванночку и создать определенной частоты колебания, то капелька воды так и будет существовать на поверхности, перемещаясь по ней, не утопая в общей массе воды. Можете себе это представить?

- С трудом – прокомментировал отец Пахомий.

- Но так есть на самом деле. Капелька катается себе по поверхности воды и не тонет, если есть определенной частоты, как бы поддерживающие ее вибрации. Но это даже не самое удивительное. Опыты показали, что такая капелька ведет себя не как типичная частица или твердая корпускула, а как квантовый объект. Всякие там эффекты возникают, которые характерны только для микромира! Они проводили опыты, например, по рассеянию таких капелек на щелях. Все произошло, как при рассеянии электронов! Вот это оказался шок для физиков, как и для философов, о чем нам только что сказал Юра. Какие выводы можно сделать? Я предполагаю, что у вакуума, нашего трехмерного, есть основная частота осцилляций, соответствующая рождению пары частица-античастица: электрон-позитрон. По формулам Планка и Эйнштейна получается вот так (не пугайтесь, но придется написать формулку): 2·hν = 2·mec2 . Что? Страшно?! Поясню, h – постоянная Планка, ν – частота колебаний вакуума, me - масса покоя электрона,  c – скорость света в вакууме. В общем, неважно! Просто получается, что основная частота колебаний нашего вакуума, ν  порядка 1021 Герц. Остальные колебания – обертона и другое – сопровождают эту основную частоту как флуктуации. Почему из истинно элементарных частиц только электрон (позитрон) стабилен и может свободно (не вступая в комбинации с другими частицами) перемещаться в нашем вакууме? Потому, что он может обмениваться состояниями с вакуумом, «телепортируясь» с одного место на другое, здесь – исчезая,  там – появляясь. Ну, ладно! Я, кажется, уже загрузил вас по полной. Остановимся. Просто добавлю, для себя наверное, что я эмпирически вывел формулу, как основная частота осцилляций вакуума связана с количеством пространственных измерений в «бране»:  ν = 10n, где n – количество измерений пространства. – Николай ввел последнюю формулу на доске. Положил мел, с видом несколько обреченным, который говорил, что он вряд ли надеется на понимание аудитории. – В общем, в других видах вакуума, с другим количеством измерений пространства, уже другие частицы являются основными стабильными, а не электрон с позитроном.

Глаша заметила своим тонким чутьем настроение Николая. Она, разумеется, не поняла большую часть из того, что он говорил и писал на доске. Она только поняла, что это должно быть плоды глубоких раздумий этого талантливого ученого и близкого ей человека. Глафира подошла к Николаю. Взяла его руку в свою ладонь. Пожала и виновато улыбнулась:

- Ты уж, Коля, прости, что я не все понимаю, но верю в тебя. Полагаю, что все ты не зря придумал.

- По крайней мере, я вижу здесь серьезные задатки той картины мира, в которой научное мировоззрение сочетается с религиозным и философским. Может быть еще будут ошибки, искания, варианты, но дорогу осилит идущий… - Степан Михеич тоже поддержал Николая.

Юра подтвердил:

- На мой философский взгляд, работа эта серьезная, нужно продолжать. По крайней мере, для меня многое «заиграло» новыми красками. Казалось бы, уже давно известные истины, факты и тексты выглядят по-новому.

- Да, тут есть простор и для богословской мысли – согласился отец Пахомий.

- А вот об этом мы сначала отдельно поговорим с Вами, отец Пахомий, прежде, чем мы соберем новый консилиум. Согласны?

Отец Пахомий закивал.

Подведем некоторые итоги. Сегодня мы говорили о струнах, бранах, их колебаниях, о неустойчивых состояниях сред, из которых даже звуком можно структурировать разные формы и тела. И это теперь уже имеет некое научное основание. Но такое развитие науки все ближе приводит нас к тому, как мы сегодня показали, что это все неплохо может сочетаться с богословской картиной мира, при правильной интерпретации. То есть наука и религия сближаются в понимании мира, его происхождения и развития. А это как раз то, над чем мы работаем. Все согласны с такими выводами?

Все закивали.

- Ну, тогда на сегодня у нас все. Всем спасибо за внимание и понимание. – Михеич улыбнулся, оглядывая гостей.



Читайте из этой серии
 










Профсоюз Добрых Сказочников





Книги Валерия Мирошникова История детского тренера по дзюдо, Учителя и Человека с большой буквы.
Сайт книги


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: